Силовики заняты репрессиями, а жертв домашнего насилия в РБ становится больше — куда женщинам идти за помощью?

Деньги • редакция KYKY

Уровень домашнего насилия в Беларуси «вырос в несколько раз», при этом год назад в стране разгромили «Радиславу», которая около 20 лет помогала жертвам насилия. В чем причины проблемы и что делать женщинам прямо сейчас, когда нужна помощь — в кратком тексте KYKY.


Краткая хронология проблемы: 

BYPOL заявил, что уровень домашнего насилия в Беларуси «вырос в несколько раз». Как утверждают в организации, это связано с тем, что МВД слишком занято политическими делами, у силовиков «попросту нет времени».

Если верить МВД, за 2022-й в РБ зафиксировали около 70 тысяч фактов домашнего насилия, составили по этим делам более 15 тысяч административных протоколов и завели более 2,5 тысяч уголовных дел. Даже по этим официальным данным заметно, что административное дело заводится  только на каждый четвертый с половиной факт насилия. При этом в силовом ведомстве говорят о «снижении статистики». Однако если вернуться к цифрам, в 2017 году на учете состояли семь тысяч человек, склонных к семейному насилию, а сейчас, в 2022-м, — таких уже 14 тысяч.

При этом в марте прошлого года в стране ликвидировали общественное объединение «Радислава», которое около 20 лет помогало  женщинам, пострадавшим от насилия. И было фактическим единственным негосударственным центром помощи (в том числе, поддерживала собственный шелтер и собирала истории беларуских женщин, из этих историй даже появился виртуальный проект «Карта насилия»). 

11 января на Национальном правовом портале был опубликован закон «Об изменении законов по вопросам профилактики правонарушений». Он, в том числе, предусматривает создание реестра, который собирает факты о домашнем насилии. Заниматься этим будет МВД. 

Чтобы разобраться в ситуации, мы обратились за комментарием к Ольге Горбуновой — представительнице Объединённого переходного кабинета и экс-директорки «Радиславы». Далее — ее ответы на вопросы KYKY. 

Насколько ситуация с домашним насилием в Беларуси ухудшилась? 

Мне сложно комментировать информацию от BYPOL, но я точно знаю — данных о случаях домашнего насилия в Беларуси данный момент очень мало, их фактически нет.

Стоит ли доверять цифрам, которые 25 ноября опубликовало МВД? Они заявляют о снижении статистики, но у меня вопрос — почему в ведомстве говорят «более 2,5 тысяч уголовных дел» и не называют конкретную цифру? Если вспоминать статистику прошлых лет, цифры за 2022-й больше похожи на рост статистики. Если они рапортуют о снижении домашнего насилия, то, как государственное ведомство, должны дать конкретные цифры. Раз статистика преподносится некорректно, я как экспертка понимаю только одно — силовики не готовы сказать правду. И это может значит, что ситуация с домашним насилием в стране не улучшается. 

Ольга Горбунова

Вероятно, есть ряд причин, почему это происходит. Одна из них — о которой говорит BYPOL. Мне кажется, что у силовых ведомств не хватает кадрового состава, потому что для обеспечения политических репрессий такого масштаба, как в Беларуси, нужно много сотрудников. Если «Вясна» говорит о 17 задержаниях только за один день в 2022-м (по данным ПЦ «Вясна» за 2022 год был задержан минимум 6381 человек, это в среднем 17 человек в день — прим. KYKY) — это огромный поток, который должны обеспечить сотрудники правоохранительных органов. И это действительно может быть причиной, по которой людям, сталкивающимся с другими правонарушениями, теперь тяжелее получить защиту. 

Также я полагаю, что женщины могут опасаться обращаться в правоохранительные органы — еще с 2020-го известны кейсы, когда люди, пострадавшие от домашнего насилия, сами попадали на сутки. Мало того, что тебя избивает партнёр — после тебя может начать преследовать государство. Даже если человек не принимал активного участия в событиях 20 года, все же видят, что происходит, и боятся.

Многие люди покинули страну — и это тоже могло повлиять на статистику по домашнему насилию. Нам известны кейсы, когда, выезжая в вынужденную эмиграцию, женщины сталкиваются с насилием со стороны выехавших с ними партнёров. 

Что точно очевидно — МВД маскирует цифры, неизвестно из каких соображений. Правду мы узнаем нескоро — ведь для этого в стране должна быть свобода. Доступ к статистике по делам о домашнем насилии безусловно должен быть открытым: общество имеет право знать, что происходит и какие шаги предпринимать дальше. Но в нынешней ситуации работа с такой значимой и потенциально опасной социальной проблемой практически невозможна. 

МВД хочет создать реестр информации о домашнем насилии — это поможет? 

Я не знаю, о чем конкретно идет речь, и каким будет этот реестр. Раньше мы с другими активистами и организациями лоббировали создание открытой базы — как механизма для межведомственной работы. Создание такого реестра в условиях 18-19 года было оправданным и важным. Но, учитывая, что на данный момент нет никакой информации, в каком виде будет реестр и кто будет иметь к нему доступ, очень сложно оценить правильность этой идеи (закон «Об изменении законов по вопросам профилактики правонарушений» говорит, что работу реестра будет обеспечивать МВД, персональные данные будут храниться в нём пять лет. О том, кому будет разрешён доступ, не уточняется — прим. KYKY)

Мы всегда выступали за открытость информации, связанной с проблемой домашнего насилия. И, если бы не было ситуации правового дефолта и практически отсутствия доступа к правосудию и юридической защите своих интересов... Очень сложно понять, для чего режиму понадобился этот реестр именно сейчас.

Куда прямо сейчас могут обращаться за помощью женщины и их дети, пострадавшие от домашнего насилия 

Обращаться за помощью можно либо на линию 102, либо в кризисные комнаты, созданные по всей Беларуси при социальных центрах обслуживания населения. Но важно понимать, что помощь будет недостаточной и неспециализированной. Также есть риски, связанные с разглашением ситуации домашнего насилия — это неанонимно и неконфиденциально. 

Однако если ситуация экстренная, обращаться за помощью стоит в любом случае. Внутри Беларуси есть ряд негосударственных приютов: например, в системе детских деревень есть приюты для женщин с малолетними детьми. Есть дистанционные виды помощи — например, онлайн-сервис OliviaHelp (https://oliviahelp.org), где можно получить консультацию психолога и юриста. 

Оставшимся женщинам важно понимать, что помощь есть, хотя она не такая доступная и оперативная. Нельзя оставаться в ситуации насилия и думать, что ты одна и тебе никто не может помочь. 

Адреса и телефоны: 

Помощь в Минске: 

  • (017) 327 32 32 Круглосуточно «Горячая линия», «Минский городской центр социального обслуживания семьи и детей»;
  • (017) 223 27 28; 8 (017) 380 14 32 Кризисная комната на базе ГУ «Территориальный центр социального обслуживания населения Ленинского района г. Минска»;
  • (017) 396 21 98 ГУ «Территориальный центр социального обслуживания населения Советского района г. Минска», кризисная комната;
  • (029) 151 95 22;  (033) 688 40 49 Сестричество в честь преподобной Евросиньи Полоцкой, предоставление временного приюта.
  • Кризисная комната при Центре социального обслуживания Минского района 8029-574-84-73, 8044-738-61-72, 8017-547-51-66

Если вам необходима психологическая помощь и поддержка — обращайтесь в отделение социальной адаптации и реабилитации ГУ «ТЦСОН Минского района» по телефону «Экстренной психологической помощи» — 517-37-13. 

Помощь в других регионах страны: 

В других городах адреса кризисных кабинетов можно найти на сайте исполкомов или центров социального обслуживания населения. 

Также помощь женщинам с детьми в кризисной ситуации оказывает Центр им. Германа Гмайнера в Детской деревне в Боровлянах и социальный центр «Счастливый малыш»
 

Заметили ошибку в тексте – выделите её и нажмите Ctrl+Enter

«$14 миллиардов у беларусов под подушкой». На что способна приватизация — подслушали разговор экспертов

Деньги • редакция KYKY

Что нужно сделать, чтобы люди в Беларуси стали зарабатывать больше? Экономист Алесь Алехнович написал работу о пользе приватизации — и вместе с Павлом Данейко обсудил ее в онлайне с политологом Татьяной Чулицкой, социологом Геннадием Коршуновым и инвестиционным консультантом Даниэлем Крутцинна. Мы послушали их разговор и сделали короткий конспект, в конце которого вы узнаете, спасет ли приватизация Беларусь.